Анна НАУМОВА 0 2912

За решёткой: как создаются тюремные нарды и шахматы

На красноярских ярмарках пользуются спросом деревянные резные изделия - шкатулки, нарды, статуэтки, иконы. Однако мало кто...

Фото Максима Романова

Красноярск, 6 июня — «АиФ на Енисее».

Экскурсия в тюрьму

Серьёзная женщина внимательно сверяет мой паспорт и пропуск. Имя заносят в журнал учёта посещения учреждения. Через железную дверь заходим в объединение исправительных колоний № 36. В нём - рецидивисты, люди с абсолютно разными судьбами, сроками, профессиями. Ощущения: страх, волнение, интерес, неуверенность…

Огромная территория поделена на множество секторов, каждый из которых отделён забором и добротной дверью. Многоэтажки, где живут заключённые, одноэтажные здания, вышки наблюдения с вооружёнными сотрудниками, магазин.

- Здесь и деньги есть? - спрашиваю я у Александра ПОПКОВА, заместителя руководителя ОИК-36, который проводит для меня «экскурсию».

- Есть, но они на лицевых счетах, - говорит Александр Александрович. - На них можно в магазине что-то купить, сигареты например. Каждый работает, получает зарплату. В основном это деревообработка, металлообработка, авторемонт, швейное производство.

Мимо проходит строй осуждённых - все в тёмно-синих костюмах, а не в чёрно-белую полоску, как рисовало моё воображение. У мужчин я явно вызываю интерес - около 20 пар глаз уставились на меня. Но взгляд у них такой, что невольно вздрагиваешь. Женщины в этом заведении бывают крайне редко.

Мужская атмосфера

Мы направляемся в мастерскую резчиков по дереву, чтобы увидеть, как же создаются популярные среди красноярцев нарды, шахматы и потрясающие шкатулки. Перед одноэтажным скромным зданием - площадка пять на пять метров, истоптанная по кругу тяжёлыми мужскими ботинками. А над головой чистое весеннее голубое небо.

Фото Максима РОМАНОВА

 - Вот здесь и работают наши ребята, - говорит Александр Александрович и приглашает меня в мастерскую. Небольшая, на первый взгляд уютная и светлая комната. По периметру несколько рабочих мест, на каждом - следы недавней деятельности: стружка, незаконченные творения, даже корабль, большой, ждущий парусов и отплытия, вокруг наборы инструментов. Пахнет свежим деревом. Троих мужчин мы застали за работой, остальные же вскоре столпились у двери. Всё внимание приковано ко мне, из-за чего становится некомфортно. Один зек откровенно разглядывает меня с головы до ног, второй смотрит безразлично, даже с пренебрежением. Напряжённую обстановку разряжает Дмитрий АХМАТЫНОВ, самый разговорчивый из присутствующих. Он тут же начинает рассказывать про свою работу - около месяца художник вырезает гордого орла. Каждая деталь тщательно продумывается, кропотливо вытачивается. Скоро птицу можно будет покрыть лаком и отправить в полёт.

- На свободе я работал с мебелью, но так искусно вырезать научился только здесь, - рассказывает Дмитрий. - Это не просто хобби, это творчество, за которым я провёл почти весь срок, - и, немного помолчав, мечтательно добавляет: - Вот выйду, пойду в мебельную компанию дорогую резную мебель делать, перспектива у меня есть.

Сейчас Дмитрия переводят в колонию с поселением, то есть с более мягкими условиями. А это - первый шаг к свободе.
- Как сейчас помню одни из моих первых работ - шахматы и икона… - задумавшись, отвечает он. - Я домой их делал. Шахматы отцу подарил на юбилей, икону - матери. Считаю, что такие вещи должны быть дома обязательно.

Фото Максима РОМАНОВА

Помогала любимая

- Всему можно научиться, - говорит Андрей ШАХУРОВ, невысокий мужчина среднего возраста, очень серьёзный, от взгляда которого мне становится немного не по себе. - Было бы только желание.
Голос у него тихий, речь размеренная, каждое слово тщательно обдумывает.

Сам Андрей из Забайкалья. Первый раз попав за решётку, он познакомился с мастером резьбы по дереву. Дело это быстро увлекло. И уже на воле пригодилось: делал на заказ предметы интерьера, настольные игры, рассказывает мужчина.

- С тех пор прошло уже 10 лет. Однажды в колонии делал кухонный гарнитур, полностью резной, - говорит Андрей. - На него ушёл всего месяц, это очень маленький срок - вдохновение было.

- А я-то и рисовать не умею, - признаётся Дмитрий. - Даже никогда не думал, что буду вырезать из дерева. Не знаю, как у меня это получается? Но орёл-то выходит!

- А у меня бы получилось? - интересуюсь я у Андрея, вырезающего нарды.

- На свободе у меня была любимая женщина, она мне всегда помогала, мы вместе вытачивали из дерева изделия, - разговорился Шахуров. - У неё хорошо получалось. Вместе участвовали в выставках, даже занимали призовые места.

Для многих резьба становится делом жизни. Фото Максима РОМАНОВА

Молчаливый корабль

На другом столе идёт масштабная работа - возводится внушительного размера корабль. Уже видны тонко прорезанные детали, миниатюрные пушечки на палубе, каюта капитана, лавочки.

- Работы ещё много, на месяц точно. В последнюю очередь поставим мачты и сошьём паруса, - показывает корабль Роман ЯКУНИН.

Рядом лежат заготовки под изделия, уже готовые шкатулки, сверкающие свежим лаком, тут же небольшая, удивительно тонкой и искусной резьбы рамочка.

Познакомиться с другими художниками не удаётся. Один молчит, другой отвечает невыносимо односложно. Повисает неловкая пауза. Обстановка становится натянутой. От гнетущей атмосферы, тяжёлых взглядов у меня на спине выступает пот, хочется поскорее уйти.

Один лишь Дмитрий весело улыбается и интересуется, когда же я вернусь сюда вновь? И дарит мне деревянных средневековых стражей, с мечами, щитами и в боевой амуниции - будущие фигуры шахмат. 

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Что носить осенью?
  2. Зачем красноярцам сенсорный парк?
  3. Как празднуют день осеннего равноденствия?
Самое интересное в регионах

Знаете ли вы, чем занимается Общественная палата Красноярска?