Роман МИНЕЕВ 0 3263

Молочнику не до веселья. Джастас Уолкер о будущем российского агропрома

«Благодаря новым законам я не знаю, сможем ли оформить землю, которую используем сейчас»

Семья Уолкеров.
Семья Уолкеров. © / Из личного архива

Когда мы с ним договаривались об интервью по телефону, он спросил: «В семь утра устроит? Я выеду в поле - и поговорим». Это был сезон покоса, и с пяти утра Джастас был на работе.

Американец Джастас Давид УОЛКЕР - фермер и протестантский пастор, который больше 20 лет живёт в России. Последние пять - в посёлке Такучет Богучанского района Красноярского края, где он производит продукты из козьего молока. Ровно год назад Джастас прославился на всю Россию благодаря телесюжету, в котором несколько секунд заразительно смеялся по поводу санкций. Но смех не иронический и не легкомысленный - он знает и своё дело, и как стране обустроить хозяйство.

Чтобы власть не мешала

- До одиннадцати лет я жил на хуторе в Штатах, поэтому мне всегда была ближе сельская жизнь. Переехав в Россию, работал в красноярских студиях звукозаписи, принимал участие в организации концертов. С 2004 по 2009 год у меня была своя пилорама, но я продал её. Фермерство мне показалось той сферой, где я могу и зарабатывать, и быть с семьёй, и уделять время проповеди. Шесть лет назад женился на Ребекке, она американка. У нас трое детей.

В нашем хозяйстве 12 коз, которых доим вручную, бараны, коровы, ещё куры и огород. Делаем йогурт и сыр для себя и на продажу, сейчас желающих купить больше, чем мы производим.

- Сегодня миллиарды рублей выделяют сельчанам. А вы к помощи государства прибегали?

- Всё, что связано с выпрашиванием у госаппарата, у меня сразу вызывает несварение. Я один раз попытался подать заявку на грант для расширения хозяйства. Столько времени потратил, выезжая на семинары, читая в Интернете, исправляя запятые, и понял: мне легче купить ещё пару коз, доить в течение года, и выгоды будет больше. Всё, что хочу от власти, - чтобы не мешала. На местах она не очень разбирается в фермерстве. Хотя в России мелкому фермеру легче, чем на Западе. В США мне, чтобы выжить, потребовалось бы около 40 коз, здесь 16 достаточно.

- В одном из интервью вы весело посмеялись по поводу введённых санкций. Считаете, что санкции для России - благо?

Досье:
Джастас УОЛКЕР родился в 1982 году в городе Окли, штат Канзас (США). Родители - протестантские миссионеры, с 1994 до 2000 года проповедовали в Осиновом Мысу (Богучанский р-н), потом вернулись в США, а сын остался. С 2009 года занимается разведением коз и производством продуктов из козьего молока: сыров фета, моцарелла, рикотта, кефира, йогуртов.

- В интервью я рассказывал анекдот, а его вырвали из контекста. Выходит, что я доволен. Но санкции - всегда плохо для любой области. Говорят, пропали европейские конкуренты, теперь мы заживём. Но рубль рухнул. Покупал косилку, которая в прошлом году стоила 32 тыс. рублей, а в этом - 50 тыс. И в чём помощь фермерам? Санкции сработали не совсем в нашу пользу. Чтобы добиться реальной прибыли, нужно три-четыре года работать в ноль, а то и в минус. Какой банк или кредитор даст в долг с расчётом на то, что ты четыре года не будешь платить, а вернёшь деньги как-нибудь потом? Во всех странах мира сельское хозяйство развивалось десятилетиями за счёт мелких фермеров. В США огромные агрохолдинги созданы недавно и на основе мелких семейных хозяйств, которые были в XIX и XX веке.

- Вы считаете, для России это подходящий путь?

- Нам не нужен агрохимхоз, когда потребитель не видит в лицо производителя. Если мы хотим развивать агропром в России, нужно делать это за счёт мелких хозяйств, за ними будущее. А фермеру нужно знать, что, если он возьмёт землю, завтра её не отберут, он построит дом - и сможет всё это оставить детям. Земля - это тот ресурс, который в мире больше всего есть в России.

- Есть мнение, что нашим фермерам легче выжить, потому что продукты дорогие.

- Да, российские семьи тратят на продукты денег больше, чем средний американец. Поэтому, чтобы фермеру в России добиться среднего достатка, нужно хозяйство меньших размеров, чем в Штатах. Я рассказывал друзьям в Америке, что, имея 6 коров и 12 коз, мы умудряемся жить, ещё платить людям зарплаты и долги отдавать. Они говорят: это нереально. Знакомые американские фермеры держат 300 коров, и то не знают, как выжить.

Даже когда его машина вылетела в кювет посреди тайги, Джастас улыбался. Фото: Из личного архива

Как от козла молока

- Вы рассказывали, что сами четыре года жили на сбережения. Кризис помешал выйти на окупаемость?

- У нас был долларовый кредит. Пришли санкции, молоко подорожало на 10 рублей, доллар - в два раза. Вчера должен был 350 тыс., а сегодня - 700 тыс. А молоко стоит почти столько же, сколько и вчера.

- А говорили, что кредитов не берёте…

- Есть два вида кредита. Потребительский, чтобы купить машину, оргтехнику, тряпки. Купить в кредит сотовый телефон - это не любить себя. Но когда я беру деньги в кредит, чтобы начать дело, средства работают на меня. В начале бизнеса, если нет сбережений, приходится что-то брать. Я подтверждаю слова делами. Мы живём в доме, где из внутреннего ремонта - покрашенный брус. В кредит я купил трактор, скотину, построили амбар. Долги «отстреляли». По Евангелию, человек заботится сначала о своём поле, бизнесе, а потом о потребительских вещах.

- А люди вам помогают?

- О да! В октябре прошлого года у меня разбилась машина. Решили, не беда, будем жить дальше. А народ начал на всех платформах в Интернете писать: «Джастас, давай тебе скинемся на новую машину». Думал, соберём 20 тыс. руб. на эвакуатор, чтобы машину увезти в город. Но когда поступило 250 тыс., был шок. И мы купили автомобиль.

- У России сейчас напряжённые отношения с США, местные не притесняют?

- Конечно, оправданная ксенофобия присутствует. В 90-х, когда Америка бомбила Югославию, к нам приходили трое с топорами, за славян американцев бить. Сейчас ситуация на Украине - знакомый на шиномонтажке шутит: «Что Обама творит! Чего ему не позвонишь?» Но угроз реальных нет, сегодня люди понимают, что Америка и американцы - не одно и то же, так же, как Россия и русские. А пакостники есть везде. Поначалу были конфликты с местными, но сейчас стараемся помогать друг другу.

Пастор на тракторе

- В России православный священник-бизнесмен воспринимается со скепсисом. А у вас как сочетается бизнес и проповедь?

- Мне кажется, в России вообще в принципе к священникам относятся со скепсисом. Бизнес - загруженный термин, он подразумевает человека, который управляет другими людьми, использует их как ресурс, зарабатывает для себя. Не всегда это правильное слово, тем более у нас не крупное хозяйство.

Апостол Павел говорит, что не брал ни от кого ни золота, ни серебра, а сам трудился для своего обеспечения и тех, кто был с ним. И я моей маленькой пастве показываю, что блаженнее давать, чем получать. Не в смысле, как иногда проповедуют пасторы: «дайте мне». Когда приход небольшой, ответственности не так много - работая руками, можно намного лучше показать то, что проповедуешь. В моем случае - мне ничего от вас не нужно, я сам жертвую в казну.

- В одном телеинтервью вы обмолвились, что хотели бы уехать из Такучета. Почему?

- Мы не фермеры. Только мой прадедушка был фермером, а родители и дедушки в Штатах занимались лесным хозяйством. Пять лет назад я захотел уйти от леса туда, где более спокойно. Я видел потенциал фермерства, но не знал, как и что делать. Эти годы были экспериментом. Мы хотим расширяться, учитывая опыт проб и ошибок, но главная проблема - в земле. Благодаря новым законам я не знаю, сможем ли оформить землю, которую используем сейчас. Ищем 60-80 гектаров, чтобы расширить хозяйство до 40 дойных коз и поставить доильный аппарат. За Ангарой или где-то ещё, не знаю, но нам нужно, чтобы дом был на территории хозяйства, поле рядом, а не клочками в 15 км друг от друга. Я стал фермером, чтобы быть дома, а не ездить на вахту на сенокос.

- А как вам сибирская зима с её морозами?

- Зима заставляет приостановиться, задуматься. Фермерство ориентировано на лето: шесть месяцев в году нужно пахать, а зимой справляешься за два часа, утром и вечером. Остальное время можешь посещать прихожан, книги читать или писать. Богом даны природные условия. Когда на улице минус сорок, мороз трещит, туман стоит, выходишь и смотришь на деревню: у всех печки топятся, дым из труб столбится - это что-то красивое.

Кстати
Немало иностранцев из тёплых стран полюбили Сибирь и остались в Красноярском крае жить и работать на земле. О некоторых из них писал «АиФ на Енисее». Кубинец Исмаэль Антонио Карраседо Касас, бывший морской офицер, сейчас живёт в Миндерле и выращивает картофель, капусту и морковь. Египтянин Мухамед Карамалла из курортного Шарм-эль-Шейха переехал в Манский район и теперь держит скот и птицу. Итальянец Андреа Канова открыл в столице края кафе со знаменитой итальянской кухней и выпечкой.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Можно ли проехать за скорой?
  2. Когда собакам дом построят?
  3. Голубые глаза с пигментом?
Самое интересное в регионах

Что будет со «Столбами» после преобразования в национальный парк?